| (без темы) |
[Ноя. 26, 2009 | 12:58 am] |
Человек, главной целью которого в общении является попытка заполучить инвайт на ресурс, не представляет из себя ничего привлекательного и даже человечного. Дело в том, что стремясь попасть туда он сам ставит крест на существовании. Помните ещё Гёте говорил, я думаю - значит существую. Нет? Находясь на ресурсе человек не думает, он воспринимает и генерирует шаблонные ответы, основанные на подачках извне индивидуального сознания. Разве можно окрестить такие подачки продуктом мышления? Разве можно объединить их в нечто, что имеет целостность, которую имел бы мысленный продукт как книга, хорошее письмо на бумаге или решение одной из жизненных проблем? Проблем, в которых мы, окаченные волной интернета, утопаем.
Остаётся лишь опечалиться о судьбе тех, кто уже получил приглашение. Ведь их дни, увы не сочтены, но потеряны как будто их и не было.
Приглашение
Четвёртого января, одна тысяча девятьсот девяносто девятого года я получил своё первое приглашение. Оно пришло в маленьком аккуратном конверте и судя по штампу было выслано главпочтамтом города Кирова. Проследовав по адресу указанному в конверте я вошел в здание, где ранее бывал лишь раз, ещё в семидесятых находясь в командировке. Только узнавая Киров и его жителей, я быстро заметил как медленно здесь протекает время. Казалось бы, обычный российский город, где нет и намёка на особенность, какой либо контраст, или действительность. Всё по-обычному серое, унылое и нарядно обвешанное объявлениями. Буквально днём раньше я прибыл сюда, чтобы ознакомиться с тобой, моя маленькая.
Моя маленькая! Это моё последнее письмо. Сейчас я сижу в поезде Брянск-Киров и не могу избавиться от мысли что в тот самый момент, когда ты хотела зайти в дом - предал тебя. Ты находилась снаружи и просила код домофона, а я медленно бежал по лестнице. Но оказавшись рядом с замком и уже протягивая руку - передумал. Ты была для меня важнее!
Когда самое важное, что есть у человека сталкивается с его собственным я возникает казус, который мы, в Питере, обозначаем жирным типографическим крестом. Среди крестов России есть пара обыденных, пара величественных, несколько бумажных, которые мы храним в ящике и четвёртый - всецелый. Последнего мы лишились, когда Боря ушел в армию. Мы ждали его десять лет, но всё таки поняли, что он нашел своё место в действительности, а обратно уже вряд ли захочет.
Когда я смотрю на твоё лицо Борис, я вижу что ты страдал. Не просто гнев обиды разгорается в твоих очах, но и мутная усталось от предшествующих событий; натянутость, полное напряжение психики, которое уже срослось с постоянством самоосознания. Тебя Борис, я полюбила ещё тогда, когда ты пришел в коллектив, один, а это было столь же необычно как и возникновение причины для спора.
Борис! Я забываю тебя с каждым днём и понимаю, что это действие препарата. Среди его эффектов есть один очень важный, после которого я перестаю думать. Понимаешь, как только мы сростаемся с тобой, в этом пылком танце страсти, и я не намекаю на плотский грех, что обыденно - мы лишаемся личности. Лишив одного тебя личности, я подозреваю неладное. В этот самый момент, ты осматриваешь моё тело. Слюна капает на грудь и медленно стекает, мои глаза неподвижны, а дыхание учащается. И лишь в некоторой степени предчувствия удовольствия, я могу отозваться на твой крик о помощи.
Борис. Когда ты впервые не открыл мне, я задумалась о том, умеешь ли ты делиться. Затем, в мои мысли закралось подозрение, а вдруг ты болен? Вдруг, традиции нашей общины сбили тебя с толку в экзистенциальной борьбе за место под солнцем. Коллектив никогда не подозревал в тебе негодяя и никогд не расценивал твои поступки как медленное снисхождение Бога, в широкую общественность нашего городка. Ты знаешь, о каком Боге я сейчас говорю.
Они придумали его намеренно, собирая из запчастей зила и пружин найденых на складе. После рейда омона, было найдено шесть тысячь шурупов, которые кто-то усердно надпиливал, мокая в смесь машинного масла и кровельного гудрона, которым ты был вымазан в тот самый вечер. Бога возводили беспощадно, понимая какой грех они приводят в жизнь. Заводя его они боялись посмотреть друг другу в глаза и торопились скорее завершить дело, за которым так долго охотились власти.
Первый филиал открылся в Кирове. В виде могущественного портала из которого происходила речная эманация бога, мы все знали что ты обидишься и не пришли. Ведь ты в прошлый раз мне не открыл, а я до сих пор злая.
Поднимая с пола вещи Бориса я в последний раз оглядел кейс с инструкциями. Четыре поворота влево, четыре восходящих потока, четыре движения на восток. Весь список деталей заставил меня задуматься о том, не хотел ли Борис покинуть мир досрочно? Ведь послание его, было выработано с тончайшим знанием дела, который всё реже и реже встречается в кругах духовенств.
Бог произошел на земле, в дветысячи первом году. Местом возникновения феномена стала Россия, город Киров. И когда Бог зашагал по земле, каждый шаг его отзывался возведением монастыря. Люди трудились обоюдно и истинно. Такого труда не видел и коммунизм; о таком рвении не слышал никто! Первая декада закончилась успехом. Неомонастырённое пространство, занимало чуть больше чем треть мира. Четверть нового покаления обрило головы и шагнула на святую землю мегаполиса.
Когда ты слышишь мою песнь вдали, я сразу вспоминаю твой взгляд. Твои ласковые руки, накачанный торс и сильные плечи я оставила в прошлом. Но взгляд попрежнему охотится за мной, когда я иду по вечерней Субботихе. Я вспоминаю тот день когда призывники собрались и подожгли баню.
Занимаясь возведением Бога, важно не обдумывать свои шаги, а действовать в свободном сознании. Следовать инструкциям не обязательно; слышать повеление могут лишь некоторые. Но трудом объединены почти все. Труд и информация не объединимы. Выражая инакомыслие на первом съезде мы лишились любой поддержки доминиона. Любой, утрвежджающий, что генерация или обработка может быть связана с трудом, медленно растворяется в божественном свете.
Он становится ярче, не являя истока. В его потоке заметны живые тела. В его лучах есть всё. Я передаю привет ребятам и скидываю с себя рясу. В ней ключи от квартиры, старый блокнот с этим текстом и пара скомканных копий инструкций по которым мы сами подписали себе приговор. Я ни о чём не жалею, ведь сегодня - это сейчас, а всегда, через пару мгновений неуловимых моему мирскому разуму, станет никогда.
Когда когда станет никогда, мы все можем спокойно выдохнуть. |
|
|
| (без темы) |
[Ноя. 25, 2009 | 02:31 am] |
У края северной дороги
Давай писать друг другу в блоги |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
